Мама тоже не знала…
Однажды мы перестаём видеть в маме только маму. И если нам повезёт, у нас ещё останется время узнать женщину, которой она была всю жизнь.
Тексты Тани о близости, материнстве, потере и свободе быть собой. От первого письма до самого нового.
Где заканчивается принятие другого человека и начинается привычка терпеть то, что причиняет нам боль?
Иногда труднее всего принять не то, что человек изменился, а то, что прежняя его версия подходила нам больше.
Наше детство может быть историей для наших детей. Но оно не должно становиться инструкцией для их жизни.
Самое страшное начинается не тогда, когда ребёнку от вас слишком много нужно. А тогда, когда ему от вас уже ничего не нужно.
Можно написать друг другу тысячи сообщений и всё равно годами не говорить о самом главном.
Иногда мы называем эгоизмом не отказ от других, а своё неожиданное разрешение не откладывать жизнь до тех пор, пока все вокруг тоже будут счастливы.
Иногда самое страшное не пережить боль. Самое страшное однажды решить, что о ней больше некому рассказать.
Мы боимся скорби, потому что она похожа на боль. Но на самом деле скорбь - это любовь, которая пережила потерю.
Иногда человеку нужно прожить почти целую жизнь, чтобы по-настоящему познакомиться с тем, кого он знает с самого рождения.
Мы всю жизнь ищем человека, рядом с которым наконец сможем быть собой. Но иногда самая большая потеря происходит задолго до любой встречи. Мы незаметно теряем себя.
Иногда самая важная перемена в нашей жизни начинается не тогда, когда мы решаем изменить себя. Она начинается в тот момент, когда мы понимаем, что кто-то прямо сейчас учится жить, глядя на нас.
Самые важные решения в нашей жизни мы принимаем не тогда, когда страх исчезает. А тогда, когда перестаем позволять ему решать за нас.
Иногда путь к себе начинается не с ответа, а с разрешения наконец заговорить.